"...Нет Востока и Запада нет..."
Дочитав до конца книгу Поршнева о Тридцатилетней войне (цитировавшуюся ранее здесь - https://new-vodokachkin.livejournal.com/301531.html и здесь - https://new-vodokachkin.livejournal.com/302089.html), полагаю целесообразным обратить внимание на содержащийся в ней еще один примечательный пассаж -
"Понятия «Западная Европа» и «Восточная Европа» относятся преимущественно к области географической науки. Что касается истории, то представление о какой-то вечной противоположности, всегда разделявшей Западную и Восточную Европу, только вредит познанию действительности. Разрыв между ними существует лишь в сознании историков и выражает скорее ограниченность кругозора и традиционную специализацию исследователей, нередко также предвзятые концепции, но, во всяком случае, не историческую реальность."
Звучит несколько неожиданно, особенно на фоне укоренившихся стереотипов массового сознания. Нам всю жизнь толкуют про какой-то инфернальный "проклятый Запад", который только и мечтает (и время от времени даже пытается) Святую Русь зохавать с потрохами, причем этот миф пережил несколько эпох и сейчас цветет пышным цветом. Вон, стихотворец Тютчев, не вполне заслуженно имеющий репутацию человека умного, при виде показавшейся во время Крымской войны перед Кронштадтом англо-французской эскадры патетически восклицал - дескать, "это весь Запад пришел на Россию, чтобы убить ее и заградить ей будущее!", ужос-ужос-ужос!!! (Насчет заградить себе будущее Россия, если на то пошло, больше всех преуспела как раз сама, ну да ладно, это отдельная обширная тема). И тут вдруг советский историк, не какой-нибудь хренов диссидент, такое пишет... И ведь, по здравом рассуждении, возразить ему просто нечего.
Вообще, книга оказалась на редкость емкой и наводящей на размышления. Например, о влиянии общественного сознания на общественное бытие (обычно принято говорить лишь об обратном воздействии, мол, бытие определяет сознание, но никак не наоборот, этакий примитивизм). А вот, на реальном, не вымышленном примере Германии, которой не посчастливилось в ходе той самой Тридцатилетней оказаться театром военных действий:
"Это была страшная катастрофа, наложившая отпечаток на всю будущность немцев ... Пожалуй, никогда за всю предшествовавшую историю средних веков человек не был так унижен, как в эти 30 лет, в течение которых было истреблено или успело вымереть старое поколение немцев и его место заняло новое, с совершенно новой социальной психологией. От этого-то нового поколения и ведут начало некоторые национально-психологические черты, долго сопутствовавшие дальнейшей истории немцев. В XVIII в. немецкий юрист Карл Фридрих фон Мозер писал: «У всякой нации есть свои движущие пружины: в Германии — это покорность...".
В этих словах превосходно подытожено самое глубокое из последствий Тридцатилетней войны для Германии ... рядового немца. Теперь он научился бояться — не наказания за что-либо, не загробного суда, а бояться вообще, бояться силы и унижаться перед ней". (подчеркивание мое - В.В.)
"Понятия «Западная Европа» и «Восточная Европа» относятся преимущественно к области географической науки. Что касается истории, то представление о какой-то вечной противоположности, всегда разделявшей Западную и Восточную Европу, только вредит познанию действительности. Разрыв между ними существует лишь в сознании историков и выражает скорее ограниченность кругозора и традиционную специализацию исследователей, нередко также предвзятые концепции, но, во всяком случае, не историческую реальность."
Звучит несколько неожиданно, особенно на фоне укоренившихся стереотипов массового сознания. Нам всю жизнь толкуют про какой-то инфернальный "проклятый Запад", который только и мечтает (и время от времени даже пытается) Святую Русь зохавать с потрохами, причем этот миф пережил несколько эпох и сейчас цветет пышным цветом. Вон, стихотворец Тютчев, не вполне заслуженно имеющий репутацию человека умного, при виде показавшейся во время Крымской войны перед Кронштадтом англо-французской эскадры патетически восклицал - дескать, "это весь Запад пришел на Россию, чтобы убить ее и заградить ей будущее!", ужос-ужос-ужос!!! (Насчет заградить себе будущее Россия, если на то пошло, больше всех преуспела как раз сама, ну да ладно, это отдельная обширная тема). И тут вдруг советский историк, не какой-нибудь хренов диссидент, такое пишет... И ведь, по здравом рассуждении, возразить ему просто нечего.
Вообще, книга оказалась на редкость емкой и наводящей на размышления. Например, о влиянии общественного сознания на общественное бытие (обычно принято говорить лишь об обратном воздействии, мол, бытие определяет сознание, но никак не наоборот, этакий примитивизм). А вот, на реальном, не вымышленном примере Германии, которой не посчастливилось в ходе той самой Тридцатилетней оказаться театром военных действий:
"Это была страшная катастрофа, наложившая отпечаток на всю будущность немцев ... Пожалуй, никогда за всю предшествовавшую историю средних веков человек не был так унижен, как в эти 30 лет, в течение которых было истреблено или успело вымереть старое поколение немцев и его место заняло новое, с совершенно новой социальной психологией. От этого-то нового поколения и ведут начало некоторые национально-психологические черты, долго сопутствовавшие дальнейшей истории немцев. В XVIII в. немецкий юрист Карл Фридрих фон Мозер писал: «У всякой нации есть свои движущие пружины: в Германии — это покорность...".
В этих словах превосходно подытожено самое глубокое из последствий Тридцатилетней войны для Германии ... рядового немца. Теперь он научился бояться — не наказания за что-либо, не загробного суда, а бояться вообще, бояться силы и унижаться перед ней". (подчеркивание мое - В.В.)
Такой вот психологический надлом, переходящий из поколения в поколение (генетика ни при чем, все проще - достаточно прикинуть, как могли воспитать своих детей, чему их научить родители, пережившие указанную катастрофу). Закономерным образом такая массовая тотальная психотравма определила общественное бытие на территории, населенной подвергшимися ей людьми.
(Между прочим, применительно к нашей стране - не только нынешней РФ, а всему бывшему СССР - подобный вопрос вообще даже не ставился, хотя события XX века... ну, вы поняли).
И еще в одном (как минимум) отношении поучительна эта прискорбная страница германской истории. Тридцатилетняя война увековечила раздробленность страны на кучу мелких и мельчайших княжеств со своими границами, законодательствами и прочим суверенитетом, тем самым на столетия затормозив ее развитие. И точно так же, как тогда вся эта местечковость была реакционной в сравнении с единым централизованным государством (сравнить хотя бы с тогдашними Францией или Британией), так уже сегодня реакционны все по инерции существующие национальные государства, ставшие препятствием для формирования единой всепланетной цивилизации.
(Между прочим, применительно к нашей стране - не только нынешней РФ, а всему бывшему СССР - подобный вопрос вообще даже не ставился, хотя события XX века... ну, вы поняли).
И еще в одном (как минимум) отношении поучительна эта прискорбная страница германской истории. Тридцатилетняя война увековечила раздробленность страны на кучу мелких и мельчайших княжеств со своими границами, законодательствами и прочим суверенитетом, тем самым на столетия затормозив ее развитие. И точно так же, как тогда вся эта местечковость была реакционной в сравнении с единым централизованным государством (сравнить хотя бы с тогдашними Францией или Британией), так уже сегодня реакционны все по инерции существующие национальные государства, ставшие препятствием для формирования единой всепланетной цивилизации.